Ваш институт арабского в Рабате

Я не планировал открывать языковой институт. Я планировал путешествовать.

Годами я передвигался по миру дешёвым способом: рюкзак, койка в хостеле и тот разговор, который приносил вечер. Тридцать пять стран, четыре континента, и тема, которая всплывала чаще любой другой, — язык. Меня спрашивали, что значит слово по-арабски, и через несколько минут я уже не переводил слово; я рисовал архитектуру родного языка людям, которые никогда не видели его изнутри. Корни и модели, логика под письмом. И рядом ещё одно, что я ловил себя делающим снова и снова: показывать, что такое Марокко на самом деле, за пределами Сахары, Касабланки и Марракеша.

Где-то на тех хостельных кухнях и начался этот институт.

По образованию я инженер, а инженер не может оставить красивую систему без объяснения. Так я начал строить ту структуру, которой мне не хватало: арабский, разложенный для людей, которые не выросли внутри него. Я говорю по-арабски, по-французски, по-английски и по-испански, и занимался тамазигхтом, русским и немецким, так что знаю обе стороны стола: каково преподавать собственный язык, и каково сидеть перед чужим.

Вторая половина истории — моя семья. Больше пятнадцати лет до появления Al Minbar наш дом принимал студентов, приезжавших в Марокко, так что я вырос, наблюдая, что происходит, когда человек живёт язык, а не навещает его.

Погружение за семейным столом для меня не маркетинговая идея. Это то, как я вырос.

Я чистый продукт этой страны, я прожил в Марокко всю жизнь, и я повидал достаточно мира, чтобы знать, как редко культуры действительно встречаются, а не проходят мимо друг друга. Эта встреча и есть то, что мы строим здесь, в 2021-м и каждый понедельник с тех пор.